Старая тетрадь

Просмотров: 1120Комментарии: 0
Общество

Апрельский вечер. В небольшой комнате с плотно задернутыми шторами стоит тишина. Хозяин комнаты, не старый ещё человек с потускневшим лицом, сидит за столом, быстро листая книгу в плотном переплете. Из-под длинного пледа, закрывающего его ноги, виднеется сложный механизм на стальных колесах — инвалидное кресло...

Пролистав страницы, мужчина осторожно подъехал к высокому стеллажу возле окна и взял другую книгу. Энциклопедии на полке пошатнулись, и одна из них с шумом упала на пол, раскрывшись, - из нее выпала тетрадь. Вглядевшись в надпись на обложке, хозяин комнаты узнал почерк своего старшего брата, который умер несколько лет назад. Поняв, кому принадлежит тетрадь, он медленно подъехал к рабочему столу и дрожащими руками раскрыл ее. Слова путались перед глазами, и человек в инвалидном кресле с трудом читал записи, сделанные рукой его брата.

Несостоявшаяся рыбалка

" ...Когда я был ребенком, то думал, что всё в моей жизни будет прекрасно. Строил несбыточные планы, мечтал о чем-то, играл с друзьями, как все шестилетние дети. Я даже не догадывался, что моя жизнь может быть другой. Я не мог думать о том, что вдруг все изменится. Но апрельская ночь перевернула мой мир с ног на голову, тем самым поменяв мою судьбу. Увы, не в лучшую сторону...

Тем вечером, двадцать пятого апреля, я играл с соседскими детьми около небольшого озера, заросшего камышом и кувшинками. Мы строили кораблики из щепок и прутиков, возводили причал для них, устраивали торжественные спуски на воду наших броненосцев и подводных лодок. Я рассказывал друзьям, что мы с папой завтра пойдем на рыбалку, уже накопали червей, приготовили удочки. А потом пойдем в лес отдыхать.

Над деревней сгустились сумерки. Туман покрыл озеро плотной, густой пеленой. Закат багровым полукругом маячил за верхушками столетних лип и тополей.

Пора идти домой. Мы бредем по лугу, ещё не покрывшемуся высокой густой травой, но уже светло-зеленому от пробивающихся сквозь землю стеблей.

По скрипящим ступеням я поднимаюсь на веранду. Навстречу мне с лаем бежит маленькая собака, весело царапает колено лапами. Я захожу в дом, слышу голоса родителей. Папа собирается уходить. Сегодня его смена. Он работает на электростанции, расположенной неподалеку. Мама мне не раз объясняла, что он трудится для того, чтобы в нашем доме и домах других людей горел свет. При этом мама всегда показывала на большую лампочку под потолком. Поэтому, глядя на свет, горящий в окошках, я всегда вспоминал отца.

Папа вышел в коридор, увидел меня, всего перепачканного травяным соком, с соломинками в волосах, и улыбнулся. Он всегда так улыбался, когда у него было хорошее настроение.

Папа наклонился и приобнял меня, ероша волосы на затылке. Он тихо прошептал мне в ухо:

    Не забудь, завтра идем к озеру.

Отец отпустил меня, ещё раз улыбнулся и захлопнул за собой дверь. У меня нехорошо сжалось сердце. Чувствовал ли я, что вижу его в последний раз?

Циферблат на стене показывал половину десятого. Я давно должен был спать, но сон не шел. Наконец, прижав к себе любимого плюшевого зайца, закрыл глаза. На тумбочке устало помигивали электронные часы.

Ночью я внезапно проснулся от чувства тревоги. Вокруг всё было спокойно: слышался шум автомобилей, песня ночных птиц. Но природа не хотела спать, она будто чего-то ждала, спрятавшись под маской ночи.

Я повернулся лицом к окну и заметил, что циферблат электронных часов показывал час двадцать три минуты. В соседней комнате заплакал мой трёхмесячный брат. Секундные цифры быстро щелкали. Тридцать пять... тридцать шесть... тридцать семь... тридцать восемь...

Вдруг цифры отчаянно замигали и погасли. Я не успел ничего понять, как яркое зарево ударило в глаза. Стекла в окне внезапно вылетели со звоном, рассыпавшись по полу тысячами ярких осколков, и расцарапали мне лицо. Страшный порыв ветра сбросил меня с кровати и разбросал вещи по комнате. Непрерывный гул заглушал крики ребенка и матери. Я осмелился выглянуть в окно и увидел ослепляющее пламя. В комнату вбежала мама с ребенком на руках, оттащила меня от окна и прижала к себе. Мы спрятались под столом. Я заплакал от страха и ещё сильнее прижался к матери. Её руки и лицо были изрезаны осколками стекла, на коленях плакал мой младший брат".

Человек высвободил руки из-под пледа и, подкатившись на кресле к зеркалу, висящему на стене около книжной полки, долго всматривался в свое отражение, будто пытаясь увидеть там кого-то другого. Снова подъехал к столу и начал медленно читать следующую страницу.

Папы больше нет

"Я с трудом успокоился и заснул на полу, всхлипывая и дрожа. Сквозь разбитое окно в дом проникал свежий весенний воздух.

Через несколько часов я проснулся. Мама стояла у окна, сжав ладони. Она смотрела куда-то вдаль. В её глазах отражалось далекое пламя, губы шептали одно единственное слово. Имя отца.

Я взглянул на неё, и мне стало ещё страшнее. Я вспомнил, как вчера утром папа хмурился, отрешенно помешивая чай в стакане, и часто повторял непонятные слова: реактор, энергоблок, турбогенератор. Я встал с усыпанного осколками пола, подошел к матери и спросил её:

- Где папа?

Мама мне не ответила. Она ещё сильнее сжала ладони, по её щеке прокатилась слеза, оставив влажную дорожку. Она так же боялась ответа на этот вопрос, как и я".

Читающий на секунду закрыл тетрадь, потер пальцами виски. В его памяти вставал образ матери, изнуренной неизлечимой болезнью. Он долго сидел, закрыв лицо ладонями...

"Этот день прошел, словно в тумане. Село гудело наподобие гигантского пчелиного улья.

На другой день в дом зашли незнакомые люди в одинаковой одежде, долго говорили с матерью. Она плакала, закрывая лицо руками, что-то бормотала в ответ. Потом с красными от слёз глазами подошла ко мне и, едва сдерживаясь, сказала, что нам придется уехать. Я долго не мог понять зачем, спрашивал, где папа. Ответом мне стало молчание. Наконец я осмелился подойти к незнакомым людям и спросить их о том же. Они переглянулись, один из них наклонился, посмотрел мне в глаза, взял твердой рукой за плечо и произнес:

- Боюсь, малыш, тебе придется рано повзрослеть.

Мне хватило этих слов, чтобы понять: я больше никогда не увижу папу.

"Зайца придется оставить!"

На следующий день мы уезжали из дома. Вещи собирать не стали: нам запретили брать что-то с собой. У тех людей, которые несли с собой скромные пожитки, их отбирали прямо у автобусов. Я отчаянно прижимал к себе плюшевого зайца, чтобы и его у меня не отобрали. Высокий человек в маске и военной форме нахмурился, увидев игрушку. Он шагнул к моей матери и грубым голосом проговорил:

- Зайца придется оставить. Не положено.

Я ещё крепче прижал к себе длинноухого. Но военный был неумолим. Он протягивал руку за игрушкой. Вдруг проходящий мимо человек заметил меня, подошел к солдату и что-то шепнул ему на ухо. Тот выслушал его и нехотя сказал:

- Хорошо, можете пройти.

Мы зашли в переполненный людьми автобус. Кто-то уступил моей матери место, я забрался ей на колени. В машине плакали дети, а из взрослых никто не улыбался. Мне не хотелось видеть эти угрюмые лица, я уткнулся лицом в своего зайца и заснул.

С тех пор прошло много времени. Но я не могу забыть ту апрельскую ночь, когда мое детство сгорело вместе с реактором, закончилось для меня в шесть лет. Из-за этого взрыва я потерял отца, дом, то, что для меня было дороже всего, и даже моего любимого длинноухого плюшевого зайца, с которым мы были почти неразлучны, - так и оставшегося в одном из десятков санпропускников, где проводилась дезактивация.

Сколько же людей погибло тогда! Сколько покалеченных судеб, сколько напрасных смертей! Неужели всё это - лишь вина бездушной техники? Я не хочу вспоминать те кошмарные дни моей жизни. Они снились мне по ночам, заставляя снова и снова переживать боль потери.

Я знаю, что мне, как и маме, осталось недолго жить: лучевая болезнь дает о себе знать. У меня нет ни жены, ни детей — но я боюсь за будущее своего брата: он тоже стал жертвой атома и не может ходить. Как он будет один?

Я читаю в газетах про строительство новых атомных электростанций, и у меня холодеет кровь. Я не против новых технологий, если они нужны человечеству. Но никто не может мне обещать, что история нигде не повторится.

После невидимой смерти, змеёй подкравшейся к нему, от некогда плодородной земли, покрытой густыми травами, осталась лишь мертвая "зона" - "зона отчуждения".

Люди считают, что они - властелины мира. Но природа раз за разом доказывает нам обратное. Ровно пятнадцать лет назад она преподнесла нам жестокий урок! Иногда кажется, что она до сих пор мстит нам за всё, что мы сделали.

А может, мы заслужили эту месть?"

Прикрыв глаза, человек в инвалидном кресле остался неподвижен. В небольшой комнате с плотно закрытыми шторами звенела, надрывалась тишина! За окном догорал последний луч апрельского заката. Вздрогнув, погасла на востоке звезда. В далекой японской хижине, проснувшись, громко и безутешно плакал ребенок.

Алсу Нотфуллина, ученица МКОУ СОШ №1, победитель областного

конкурса художественно-прикладных работ по антиядерной тематике

"Чернобыльская звезда".

Оставьте комментарий!

     

  

Если вы уже зарегистрированы как комментатор или хотите зарегистрироваться, укажите пароль и свой действующий email. При регистрации на указанный адрес придет письмо с кодом активации и ссылкой на ваш персональный аккаунт, где вы сможете изменить свои данные, включая адрес сайта, ник, описание, контакты и т.д., а также подписку на новые комментарии.

Войти через loginza

(обязательно)